Главный федеральный инспектор
по Челябинской области

Уральский Федеральный округ

"Точка зрения" Андрея Андриянова. Интервью Главного федерального инспектора в Челябинской области "Первому областному телеканалу"

Ведущий: Накопилось много тем, которые хотелось бы с вами обсудить. Во-первых, госсовет в Иркутске. Дмитрий Медведев говорил о том, что все-таки необходимо вводить обязательное тестирование школьников на наркотики. Что у нас в области сделано в этом направлении, есть ли подвижки? Если мне не изменяет память, мы давно это предлагали?

Андриянов: Да, мы эту проблему обсуждали на заседании областной антинаркотической комиссии, на заседании совбеза областного. И были приняты определенные решения, но они касались всех учебных заведений, не только школ. Для себя мы договорились, что, по крайней мере, в тех вузах, которые являются государственными, готовят специалистов по лини государственной службы и управления, вводить в обязательном порядке при поступлении и во время обучения тестирование. Что касается школьников, эта проблема поднималась, в пилотном режиме она реализовывалась у нас в области. Ряд школ добровольно согласились программу запустить, но проблема в том, что из пилотного проекта программа пока так и не вышла. Две - три школы буквально удалось посмотреть, а речь должна идти о том, чтобы это было стопроцентно.

Ведущий: Здесь очень много моментов, которые вступают между собой в противоречие. Это вопрос о том, может ли школьник отказаться от тестирования. Это вопрос конфиденциальности.


Андриянов: Во-первых, всегда спрашивается согласие родителей, потому что все школьники - несовершеннолетние. Каждый родитель имеет право отказаться. Мы все родители и понимаем, что не очень приятно своего ребенка в эту процедуру вводить. Каждый родитель уверен, что его ребенок не употребляет наркотики. Но, с другой стороны, у нас есть болезненные процедуры, такие как прививки, например. И надо понимать, что это тестирование - своего рода прививка. И родители должны понимать, что есть определенные процедуры, через которые должны проходить все школьники, что это, в первую очередь, на благо всех. Поэтому, при всем неоднозначном отношении, я думаю, большинство родителей все же будут на это соглашаться, и только после их согласия тестирование будет проводиться.

Ведущий: На одной из радиостанций я слышал мнение эксперта, что это хорошая идея. Однако уже завтра о том, что кто-то из детей принимает наркотики, будет знать весь класс, через два дня - вся школа, через три - соседи. И он превратится в изгоя.

Андриянов: Во-первых, о том, кто в классе принимает наркотики, дети знают и так. Это мы, взрослые, можем не знать. Во-вторых, процедуру закрытия этой информации можно проработать, ведь это не проблема. Во время медосмотра школьники проверяются, но далеко не все факты становятся достоянием гласности. Этот вопрос можно решить, вряд ли он может являться основанием для того, чтобы тесты не проводить.

Ведущий: Когда, по вашему мнению, можно ожидать первые шаги в этом направлении? Когда тестирование будет повсеместно введено?

Андриянов: Президент уже дал соответствующие поручения правоохранительным органам. В ближайшее время эти предложения будут подготовлены, и практика показывает, что в ближайшие месяцы вопрос будет так или иначе решаться.

Ведущий: Есть еще ряд тем, которые хотелось бы с вами обсудить. Они касаются промышленно-производственной сферы. Недавно Президент, выступая в резиденции "Горки-9", говорил об условиях труда рабочих на промышленных предприятиях, поручения по этому поводу были даны. Были ли даны поручения вам? Вы отслеживаете эту ситуацию?

Андриянов: Безусловно. Глава государства отметил, что коллективные договоры, заключаемые между предприятиями и рабочими при посредничестве профсоюзов, носят в большинстве своем формальный характер и вряд ли защищают, как следует, права рабочих. Речь идет и о социальных гарантиях, и об условиях труда. Мы, аппарат полпреда, и раньше обращали внимание на эти вопросы, но только при работе с проблемными предприятиями. Теперь задачи конкретизировались. Мы, контрольно-надзорные органы, теперь обращаем внимание на специфику составления коллективных трудовых договоров, на то, как они исполняются сторонами, на то, как защищены права рабочих. Мы же знаем, что большинство вопросов возникает на так называемых "проблемных" предприятиях, где защита прав рабочих профсоюзами и условия труда стоят не на первом месте.

Ведущий: К проблемным предприятиям мы еще вернемся. Хотелось бы подробнее про коллективные договоры. Почему они не исполняются? Что показывают ваши проверки?

Андриянов: Самый яркий пример - мое недавнее посещение Катав-Ивановского механического завода. Коллективный договор рабочие заключили. По этому договору они сами, добровольно, согласились на то, чтобы получать не в полном объеме заработную плату в течение трех месяцев.

Ведущий: Подождите, как же это? Они прочитали документ и его подписали?

Андриянов: И согласились. Потому что в тот момент иной возможности для них не было. Было два варианта: или соглашаться на эти условия, или само предприятие перестало бы существовать. Потому что просто не хватало денег, фонда заработной платы, чтобы просто с ними рассчитываться.

Ведущий: Наверное, объяснило им руководство, что такая ситуация, сказали: "Давайте немножко потерпим".


Андриянов: Безусловно, но ведь надо понимать, что кризис не может быть вечным. Год можно потерпеть, но когда это становится системой, когда это длится два года, тогда возникают сомнения, правильно ли это. Ведь дело еще в том, что при таком коллективном договоре прокуратура не может вмешаться в проблему.

Ведущий: Нет факта нарушения.

Андриянов: Да, ничего не нарушено. Это довольно яркий пример.

Ведущий: Получается, руководство злоупотребило этим договором и использовало его в корыстных целях?

Андриянов: Пока сложно говорить о том, что оно злоупотребило. Дело в другом. Рабочие были изначально готовы идти на уступки, на ухудшение своего материального положения, потому что думали: "Или я буду получать четверть зарплаты, или останусь совсем без работы". Я привел этот завод как пример. На большинстве предприятий, где есть задержки зарплаты, вызывает вопросы именно коллективный договор.

Ведущий: Насколько я понимаю, коллективный договор - это всего лишь один из моментов взаимодействия работодателя и работника. Что еще по условиям труда? Организация рабочего места, планирование времени?

Андриянов: Самое простое - условия труда и быта рабочих. Совсем недавно, в прошлый понедельник, губернатор посетил ЗМЗ. Предприятие, безусловно, проблемное, которое с участием "Мечела" практически встало на ноги. И коллеги ваши, журналисты, отметили, что губернатор выразил недовольство условиями труда. Чтобы отремонтировать "бытовки", покрасить стены, не нужны капитальные вложения. Это стоит недорого, но, тем не менее, это не было сделано на предприятии.

Ведущий: Наверное, это менталитет нашего русского начальника: "Ну и пусть они там, в этих бытовках…"

Андриянов: Я бы сказал, что это и менталитет начальника, и менталитет рабочих, которые согласны в таких условиях работать, особенно не возмущаясь.

Ведущий: А что делать, если рабочие видят, что их условия труда не совсем адекватны? Им куда жаловаться?

Андриянов: Есть, во-первых, профсоюз. У нас есть контрольно-надзорные органы: та же прокуратура, та же трудовая инспекция. Любое нарушение конституционных прав человека, в том числе рабочего, должно повлечь за собой определенные последствия.

Ведущий: Я думаю, что в Челябинске почти нет таких нарушений, потому что все на виду. А в маленьких городах - Златоусте, Катав-Ивановске - все взаимосвязано. Вдруг ты пожалуешься, а тебя уволят с работы?


Андриянов: Может быть и такое. Но, с другой стороны, если не пытаться защитить свои права, ничего хорошего не получится. Не согласен с тем, что люди боятся потерять рабочее место в маленьком городе. Тот же Катав-Ивановск, к примеру. Люди поставили условие, что пока не будет выплачена заработная плата, они не начнут работу. И от своего слова они не отказались. По крайней мере, часть уже выплачена. И я думаю, люди сейчас стали социально активными.

Ведущий: Если о проблемных предприятиях говорить, их много в Челябинской области?

Андриянов: Когда разразился кризис, по поручению полпреда совместно с правительством мы занимались этим вопросом. В тот период, в начале 2009 года, у нас было порядка 22 серьезных проблемных предприятий. На сегодняшний момент я бы под проблемными подразумевал, прежде всего, предприятия, которые имеют задолженность по выплате заработной платы. Почему? Потому что у тех предприятий, о которых мы говорили два года назад, проблемы несколько поменялись.

Ведущий: У меня складывается впечатление, что проблемным сейчас называют предприятие, очень выгодное для потенциальных инвесторов, потому что оно обладает инфраструктурой, помещением, источниками электроэнергии. Как тот же АМЗ или "Станкомаш". Это же откровенно проблемные были предприятия!

Андриянов: Я бы не стал говорить в прошедшем времени, они и сейчас остаются проблемными. Что касается Автоматно-механического завода, то его уже нет. Юридическое лицо еще существует, но никакие работы уже не ведутся. И сейчас оно проблемное в каком плане? Долг людям, когда-то уволенным с предприятия, составляет 14 миллионов. И пока конкурсный управляющий не может найти необходимые средства, чтобы рассчитаться. Проблема в этом. Что касается "Станкомаша", то там целый комплекс проблем, в первую очередь связанных с реализацией гособоронзаказа. Когда он есть, есть работа. Когда его авансирование происходит с опозданием, возникают проблемы, причем одна проблема порождает другую. В этом плане "Станкомаш" - действительно проблемное предприятие. И, безусловно, речь идет не о том, чтобы туда зашли инвесторы, предприятие-то казенное. Там речь ведется о площадях предприятия, которые очень сложно содержать, которые вполне может государство в лице государственного унитарного предприятия продать каким-то частным лицам.

Ведущий: И себе деньги заработать, и обеспечить рабочие места.


Андриянов: Абсолютно точно.

Ведущий: Насколько охотно сегодня инвесторы пользуются возможностью и заходят на такие предприятия?

Андриянов: Я бы не использовал термин "инвестор". Инвестор - это тот, кто готов вложить средства в развитие самого предприятия. Здесь речь идет о бизнесменах. По Автоматно-механическому заводу уже есть предложения по производству определенной продукции для нашей атомной энергетики. Один из представителей бизнес-сообщества готов туда зайти, арендовать цеха, арендовать оборудование. Что касается "Станкомаша", то тоже ведутся переговоры, в том числе, с иностранными бизнесменами, которых могут устроить помещения и инфраструктура Станкомаша.

Ведущий: Спасибо за интересную беседу.

http://www.1obl.ru